Государственные границы выглядят по-разному. Они могут быть легко проницаемыми или, как часто говорят, «прозрачными». Но могут быть и почти непреодолимыми, напоминая «высокий барьер». Однако и барьер может пропускать те или иные явления и влияния, но делает он это выборочно, отсеи­вая все «ненужное».
Достаточно вспомнить «железный занавес» между СССР и капиталистическим миром. Чуть пониже был барьер между СССР и европейскими странами народной демократии. Но и его относительная проницаемость как бы компенсировалась сущест­вованием такого же барьера между Западной и Восточной Европой. Несмотря на наличие второго барьера в Европе, госу­дарственная граница СССР оставалась одной из самых труднопреодолимых в мире.
С распадом СССР ситуация изменилась. На его территории появилось сразу пятнадцать государств со своими границами. Но эти границы, вероятно, уже не станут столь же непроницаемыми, как граница бывшего СССР. Надежда на это отразилась даже в новом общеупотребимом понятии — «ближ­нее зарубежье».
Степень проницаемости государственной границы сильно влияет на представление человека об окружающем мире, на восприятие им географического пространства.
Рассмотрим, например, как граница влияет на оценку чело­веком расстояний. Если внутри своего государства человек до­статочно реалистично оценивает расстояния, то граница иска­жает его представления о пространстве. Величина искажения становится больше, если человек не имеет возможности или нужды пересекать границу. В случае уменьшения или разрыва связей с другими государствами происходит как бы «удаление» их в представлении человека.
Вряд ли кто скажет, что от Пскова до Финляндии рукой по­дать. А ведь на самом деле Финляндия находится совсем недале­ко от границ Псковской области. По прямой от Пскова до Хель­синки расстояние не больше, чем до Витебска в соседней Бе­лоруссии. А от Гдова до Финляндии и того ближе. Если бы летел самолет по линии Гдов-Хельсинки, ему для рейса понадобилось, бы не больше времени, чем на полет из Пскова в Великие Луки.
До шведской столицы Стокгольма из Пскова можно доле­теть за то же время, что и до Москвы; до польской столицы
Варшавы можно доехать на поезде за то же время, что я до расположенных близ Москвы Владимира и Рязани; а вместо Архангельска с тем же запасом горючего можно слетать из Пскова в Осло (Норвегия) или Копенгаген (Дания). Значит, не так уж далеко это «дальнее» зарубежье, как кажется! «Дальним» его сделала почти непроницаемая граница бывшего СССР.
Совсем иной характер имеют этнические границы, на ко­торые часто опираются государственные рубежи. Такие границы уже не так просто нанести на карте в виде волосяных линий. На пограничных землях могут наблюдаться чересполосица или со­здаваться ареалы совместного проживания разных этносов. В ус­ловиях мира и дружбы соседствующих этносов (и государств) пограничная полоса может превратиться в этноконтактную зо­ну, характеризующуюся не просто совместным проживанием народов, но и их культурным и хозяйственным взаимодействи­ем.
Наглядным примером существования этноконтактной зоны является псковско-эстонское порубежье. Здесь, благодаря спе­цифическому сочетанию государственных, этнических и кон­фессиональных границ в разные исторические периоды, сформировалась народность сету («православные эстонцы», «полуверцы»). Сету приняли ряд элементов русской и эстонской культур, но «переплавили» их, создав при этом свою самобыт­ную культуру. Народность сету — порождение русско-эстонской этноконтактной зоны. Причем ни русские, ни эстонцы не счита­ли сету своими (раздел: Западное порубежье. Сетукезия).
Сету выступали в качестве экономических посредников между прибалтийскими (эстонскими и латышскими) и русскими территориями, подтверждая тем самым, что приграничные зоны вполне подходят для роли связующего звена в культурных и хо­зяйственных контактах соседних народов.
В заключение следует отметить, что западная граница Псковской земли, являясь одновременно рубежом двух куль­турных миров, оставалась достаточно стабильной на протяжении почти тысячи лет. Исключение составила лишь первая половина XX века. Остальные границы Псковщины, не имея этнических «зацепок», менялись довольно часто. Они
проводились по совсем иному признаку — по сферам влияния двух центров нашего края. Но все же сохранению своего внутреннего единства на протяжении огромного исторического промежутка Псковщина обязана своему приграничному ге­ографическому положению.
§17. Историко-культурное районирование Псковской области
ЧТО ТАКОЕ ОБЩЕСТВЕННЫЙ И ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ РАЙОН?
До недавнего времени единстенным разработанным видом районирования в отечественной географии было/экономическое районирование. Все мы привыкли к названиям и границам эко­номических районов России: Северо-Западного, Северного, Ценрального, Центрально-Черноземного и других. В последние годы предпринимается попытка перехода от экономического к социально-экономическому, или же общественному райони­рованию страны.
Причина перехода к этому виду районирования — обращение к человеку как к конечной цели общественного развития. Еще совсем недавно самоцелью развития общества признавалось хозяйство, а человек рассматривался в качестве элемента при экономике, винтика в хозяйственном механизме. В экономической географии в последнее время не уделялось сколько-нибудь существенного внимания отдельному челове­ку — индивидууму. Человек терялся среди безликих масс лю­дей, совершающих миграции на целину и БАМ, или среди трудовых ресурсов — части производительных сил общества.
Сейчас ситуация изменилась. Хозяйство стало рассмат­риваться как средство или условие общественного развития. По­вышение внимания к человеку привело к развитию социальной географии. Кульминационным моментом стало изменение традиционного названия общественного направления . ге­ографии. Его официальное название сейчас — экономическая и социальная география, но все чаще используют другое имя — социально-экономическая или же общественная география.
Районирование общества — задача более обширная, нежели экономическое районирование. Суть перехода от экономическо­го районирования к общественному состоит в переходе от районирования хотя и важной, но все же одной стороны обще­ства к районированию всех его сторон в совокупности и взаимо­связи — экономической, социальной, демографической, этниче­ской, политической и других.
При общественном районировании нужно учитывать такие характерные черты территории, как природа, история, этниче­ская и демографическая структура населения, духовная и ма­териальная культура людей, их хозяйственные навыки, специа­лизация экономики, транспортная связанность территории и ма­ятниковые миграции населения, региональное самосознание ме­стных жителей, то есть общие для территориальных общностей людей интересы, проблемы, отражающиеся в восприятии окружающего мира и даже в региональном самоназвании.
Ввиду многообразия этих признаков и сложности районирования общества применяется метод «плавающих признаков». Это означает, что отдается приоритет лишь неко­торым признакам из их общего списка. Набор этих признаков оказывается уникальным для каждого общественного района. Например, границы одного из них могут проводиться по характеру расселения (средней людности населенных пунктов, плотности населения и пр.), а другого по этническим, конфесси­ональным или демографическим признакам.


Страницы: 1 2 3 4

Опубликовано 18 Сентябрь 2010 в рубрике Биография Псковщины

Если Вам интересна эта тема - дополнительный материал Вы найдете в статьях:
  • ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЕ РАЙОНЫ ПСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ
  • ГДОВСКИЕ ГОВОРЫ
  • ПОДХОДЫ К ОБЩЕСТВЕННОМУ РАЙОНИРОВАНИЮ


  • Новое на сайте:

  • Рекомендации по выбору стиральной машины автомат и продлению ее срока службы
  • Как выбрать блок-хаус?
  • В Пскове началось историческое ориентирование
  • Изучение истории Псковского края в послереволюционный период
  • Рыбное хозяйство Псковской губернии.