Дело военного образования имеет во Пскове очень глубокие исторические корни. Ещё в 1721 г. импера­тор Пётр Великий распорядился создать при каждом из пятидесяти гарнизонных полков по школе на пятьдесят солдатских детей, которых обучать грамоте, счёту и ремёс­лам. Вероятно, появилась такая школа и при Псковском гарнизоне, но об её устройстве и деятельности практически ничего не известно. Следует, однако, заметить, что гарнизон­ным школам в целом отводилась в то время очень важная роль. Основным способом комплектования армии были рекрутские наборы: ежегодно или несколько раз в год от определённого количества дворов одного новобранца (рекрута) забирали в солдаты навечно. Большую часть рекрутов составляли крес­тьяне, в массе своей безграмотные и к тому же совершенно не желавшие тянуть солдатскую лямку. Практически сразу же после введения наборов правительство столкнулось с пробле­мой дезертирства. В 1702 г. Пётр I в письме к Т. Стрешневу приказывал «сих проклятых беглецов… сыскав всех, бить кнутом и уши резать, да сверх того пятого с жеребья ссылать на Таганрог…»1. Указ от 19 января 1705 г. объявлял «во всенародное известие», что из каждых трёх дезертиров одного будут вешать, а двух других бить кнутом и отправлять на каторгу2. Но даже такие драконовские меры помогали мало, и побеги продолжались.
Ещё одна беда состояла в том, что призывников приходи­лось учить буквально всему: иные сперва даже не разбирали, где право, агделево. Господствовавшая в XVIII веке линейная тактика требовала от солдат умения совершать сложные перестроения и манёвры, беспрекословно подчиняться коман­диру. Сплотить и обучить плохо подготовленных, недисцип­линированных, боявшихся службы рекрутов можно было только с помощью умелых унтер-офицеров. Их-то и готовили гарнизонные школы.
В 1732 г. императрица Анна Иоанновна, по совету фель­дмаршала Б.-К. Миниха, установила подробные правила, регламентировавшие все стороны жизни этих учебных заве­дений. Отныне на обучение можно было принимать солдатс­ких сынов не младше семи лет. В школы могли также поступать дети офицеров, не принадлежавших к дворянству. Все ученики обеспечивались за казённый счёт обмундирова­нием, питанием, книгами, письменными принадлежностями и т. д. В начале обучения дети занимались арифметикой, правописанием и строевыми упражнениями. Затем, в зависи­мости от способностей, их распределяли по четырём группам: 10 человек изучали геометрию и артиллерию, 20 человек — игру на музыкальных инструментах (гобое, трубе, валторне и др.), 10 человек — слесарное дело, и ещё 10 — готовились в писаря.
Руководство каждой школой осуществлял штаб-офицер из местного гарнизона, назначенный комендантом. «Строю» учил унтер-офицер, а правописанию — гарнизонный писарь, которые даже не получали за это жалования. Только для преподавания музыки приглашали наёмного учителя (чаще всего из иностранцев) и платили ему по 120 рублей в год.
В 1744 г. императрица Елизавета I приказала приравнять к гарнизонным школам так называемые цифирные школы, которые появились ещё при Петре I и неоднократно перепод­чинялись самому разному начальству. Первые заведения этого типа были предназначены для обучения арифметике и геометрии «дворянских и приказного чина, дьяческих и подьяческих детей». Руководство ими взяла на себя Адмирал-тейств-коллегия, а учительские должности занимали выпуск-
ники Навигацкой школы. Вскоре, однако, правительство решило дворян в цифирные школы не брать и отправлять недорослей в специальные военно-учебные заведения (Мор­скую Академию, Военно-инженерную школу и др.) или рядовыми в гвардию. В 1726 г. цифирные школы отдали на попечение Синода, полагая, видимо, что забота о малолетних — дело церковное. Синодальное начальство в ответ довольно резко заявило правительству о невозможности руководить заведениями, в которых преподаются преимущественно свет­ские науки. В 1731 г. цифирные школы вновь подчинили Адмиралтейств-коллегий, но и военные моряки их принимать не хотели: ведь выпускники школ служили в основном в Сухопутной армии. Указ 1744 г., таким образом, стал для цифирных школ избавлением от безначалия и, одновременно, существенно расширил сеть гарнизонных школ.
Елизавета Петровна также распорядилась зачислять в гарнизонные школы, наряду с законными сыновьями солдат, незаконнорожденных и подкидышей. Тех из них, кому ещё не исполнилось шести лет, могли взять на воспитание все желающие, но по достижении указанного возраста опекуны должны были доставить мальчиков к губернатору для зачис­ления в школу. Если желающих принять детей не находилось, указ предписывал: «…Таковых для воспитания и дабы они вовсе без призрения и пропитания пропасть не могли, отдавать всякого чина людям, имеющим деревни, тако ж на фабрики и заводы, кто их из платежа подушного оклада взять захочет, и писать за ними в перепись равно как купленным и крепос­тным их людям»3. Таким образом, правительство, ради сокра­щения расходов на школы, отказывалось от части потенци­альных военных, превращая солдатских детей в крестьян и рабочих.
Тем не менее штаты гарнизонных школ продолжали расширяться. В 1774 г. Екатерина II издала указ о расшире­нии приёма в гарнизонные школы детей обедневших дворян, «хотя бы число их до тысячи случилось»4. Здесь следует заметить, что эта императрица вообще относилась к делу
образования с большим вниманием и всемерно старалась расширить сеть государственных школ разного уровня. Мно­гие дворяне в то время полагались исключительно на домаш­них учителей, квалификация которых зачастую оставляла желать лучшего. Неслучайно одним из самых популярных образов в сатирической литературе XVIII столетия стал невежественный и бездарный учитель-наёмник вроде Враль­мана у Д. И. Фонвизина. Далеки от совершенства были и частные пансионы. Правда, в столице действовали созданные ещё предшественниками Екатерины Сухопутный, Морской, Артиллерийский и Инженерный Шляхетные корпуса, кото­рые обладали штатом опытных педагогов и готовили молодых дворян к военной службе. Но эти заведения просто не могли вместить всех желающих. Во многих мемуарах того времени содержатся рассказы о том, как родители «хлопотали» и «радели» об устройстве «дитяти» в тот или иной корпус, но далеко не всегда их усилия приносили успех.
Тем не менее даже обедневшие дворяне гарнизонные школы не жаловали. Одним казалась слишком примитивной их программа, другие не хотели, чтобы их дети учились вместе с солдатскими. Известный краевед и педагог Ф. А. Ушаков, характеризуя историю Псковской гарнизонной школы, очень выразительно писал, что она «тихо и скромно народилась на свет Божий…»5. И действительно, долгое время местные дворяне совершенно не интересовались судьбой школы, да и правительственные чиновники уделяли ей мало внимания.
Вступивший на престол в 1796 г. император Павел I, ещё будучи наследником, учредил в Гатчине приют для сирот солдат и офицеров, который затем стал именоваться Военно-сиротским домом. В ноябре 1797 г. это заведение переехало в Петербург, после чего все гарнизонные школы реорганизо­вали в его отделения. Псковское военно-сиротское отделение официально учредили 23 декабря 1798 г. Принимали в него по-прежнему и солдатских сынов, и сынов малоимущих офицеров.
Для общего руководства новыми заведениями в составе Военной коллегии появилась специальная Экспедиция о военно-сиротских отделениях, но непосредственный надзор за каждым из них осуществлял местный комендант. Согласно «Положению», принятому в 1798 г., детей следовало обучать «всему строевому и до воинской службы и ея порядка принадлежащему, грамоте, арифметике, барабанщичьей на­уке…»6. Впрочем, закон разрешал оставлять мальчиков в семьях, если родственники брались обучать их до 18-летнего возраста всему, что проходят в школе.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Опубликовано 21 Сентябрь 2010 в рубрике Обаяние мундира

Если Вам интересна эта тема - дополнительный материал Вы найдете в статьях:
  • Псковский кадетский корпус
  • Заключение
  • СТРОИТЕЛЬСТВО ПСКОВО-РИЖСКОЙ ДОРОГИ


  • Новое на сайте:

  • Рекомендации по выбору стиральной машины автомат и продлению ее срока службы
  • Как выбрать блок-хаус?
  • В Пскове началось историческое ориентирование
  • Изучение истории Псковского края в послереволюционный период
  • Рыбное хозяйство Псковской губернии.