* Алёшин А. Помогите родителям обучить детей // Офицерская жизнь. 1912. Mb 43. С. 555.
97 Бернацкий В. А. Пятидесятилетие Главного управления военно-учеб­ных заведений. 1863-1913. СПб., 1913. С. 77.
Таким образом, правила приёма в кадетские корпуса постоянно обеспечивали преимущественное положение офи­церских детей. Здесь необходимо вспомнить, что, вопреки распространённому мнению, материальное положение боль­шинства офицеров царской армии было незавидным. Ещё в 1882 г. военный министр П. С. Ванновский с возмущением писал: «…Непрерывный и в высшей степени тяжёлый труд офицеров не вознаграждается сколько-нибудь удовлетвори­тельно, не только по сравнению со всеми другими професси­ями, но даже по отношению к самым ограниченным повсед­невным потребностям офицерского быта»97а. К началу XX в. ситуация практически не изменилась. «Офицер был изгоем царской казны, — свидетельствовал последний протопресви­тер военного духовенства Г. Шавельский, — офицер получал нищенское содержание, не покрывавшее всех его неотложных расходов. И если у него не было собственных средств, то он — в особенности если был семейным — влачил нищенское существование, не доедая, путаясь в долгах, отказывая себе в самом необходимом»976.
В такой ситуации для многих военных зачисление сына на казённый кошт в корпус являлось единственным способом обеспечить мальчику хорошее образование. Впрочем, воз­можность переложить заботы о ребёнке на плечи государства была привлекательна и для тех, кто такой льготы не имел. В архиве Псковского кадетского корпуса хранится немало писем подобного рода. Так, псковская дворянка М. Н. Вноровская в 1890 г. обратилась с письмом к местному предводителю дворянства и просила его помочь с устройством сына в кадетский корпус. Он сообщала, что её муж и отец мальчика, А. И. Вноровский, в прошлом гражданский чинов­ник, был осуждён в 1885 г. за растрату, лишён всех прав состояния и сослан в Сибирь. По отбытии наказания он вернулся в Россию, покинув жену и сына в Семипалатинске без всяких средств к существованию. Понимая, видимо, беспочвенность своих притязаний, М. Н. Вноровская писала,
«• РГВИА. Ф. 1. Оп. 2. Д. 509. Л. 6-7.
976 Шавельский Г. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Т. 1. Без места изд. С. 94.
что её сын «хуже сироты, потому, что не знает, сирота он или нет», а в качестве основного аргумента выдвигала заявление, что «мальчик необычайно способен к музыке». Разумеется, просьба её осталась без удовлетворения.
Полный штат Псковского кадетского корпуса в 1880-е годы составлял 400 воспитанников. Однако в действительно­сти их всегда было несколько больше: 410—430 человек. Дело в том, что руководству заведения предоставлялось право принимать сверхштатных учеников «в числе, допускаемом условиями помещений и с таким расчётом, чтобы от этого численный состав… классных отделений не превысил законом установленной нормы» (35 чел. — А. М.). Вначале ХХв. штат был официально расширен и достиг 500 человек.
По сословной принадлежности большую часть псковс­ких кадет составляли дети дворян. При этом если в среднем по России за период с 1886 по 1916 г. представители дворянства насчитывали около 95% всех кадет, то в Псков­ском корпусе даже 99%. Такое расхождение в цифрах связано с тем, что в общий показатель входят данные по Донскому кадетскому корпусу, предназначавшемуся для казаков, и по Николаевскому корпусу, принимавшему за плату детей всех сословий.
Весьма показательный результат даёт также сравнение социального состава учащихся Псковского кадетского корпу­са и других заведений города. Например, по данным 1891 г., из 426 питомцев корпуса 425 (99,5%) являлись детьми дворян, офицеров и чиновников. Только один кадет был сыном священника, а представители прочих сословий не обучались в корпусе вовсе. В том же году среди 359 учеников губернской мужской гимназии сыновья дворян, офицеров и чиновников насчитывали 57,4%, тогда как 32,3% приходилось на «детей городских сословий», 5% — на «сельские сословия» и 3% — на детей духовенства. Ещё ниже доля выходцев из дворянской среды была в Сергиевском реальном училище, где они составляли всего 25,1% учеников98. Сходные результаты
98 См.: Памятная книжка Псковской губернии на 1891 год. Псков, 1891. С. 46-47.
были получены при анализе данных за 1893, 1902и 1912гг.» В среднем в Псковский корпус ежегодно поступало около 80 человек. Минимальное число воспитанников было принято в 1882 г. — 63 чел., а максимальное в 1901 г. — 92 чел.100 При этом число претендентов, как правило, заметно превышало количество реально поступивших. До 1898 основным меха­низмом отсева кандидатов являлся конкурсный экзамен. Так, в 1887 г. на казённые вакансии в Псковском корпусе претен­довали 99 чел. Из них 11 человек не явились на экзамен, 30 чел. (почти треть!) — экзамена не выдержали, а четверых признала негодными медицинская комиссия101. В 1889 г. из 116 кандидатов экзамена не выдержали 36 чел.102 Близкие показатели установлены для 1886, 1888 и 1891 гг. После введения баллотировки вступительное испытание утратило состязательный характер. Тем не менее оно по-прежнему способствовало отсеву заметной доли претендентов. Так, в 1901 г. из 123 абитуриентов с испытанием не смогли справить­ся 22 человека.
Поступив в корпус, мальчики оказывались в очень специ­фической обстановке. Специально составленная ГУВУЗ в 1886 г. «Инструкция по воспитательной части для кадетских корпусов» требовала, чтобы «…все доступные воспитатель­ные средства, все способы непосредственного воздействия наставников на их питомцев, как и вся обстановка жизни сих последних, своевременно возбуждали и твёрдо упрочивали в
т То, что почти все воспитанники Псковского кадетского корпуса были сыновьями офицеров или чиновников, отнюдь не означает, что они происхо­дили из материально обеспеченных семей. Жалование офицеров, как уже говорилось, было скудным, и многие из них не без оснований считали кадетские корпуса единственным средством обеспечить детей образованием. Военный педагог И. А. Завадский в своём докладе на 1-м съезде офицеров-воспитателей кадетских корпусов подчёркивал: «Большинство воспитанников — мальчики, дети офицеров. Терпя постоянный материальный недостаток и обременённый детьми офицер не имеет возможности дать своему ребёнку первоначальное воспитание» (Завадский И. А. Некоторые задачи воспитателя младших классов // Труды 1-го съезда офицеров-воспитателей кадетских корпусов. СПб., 1909. С. 11).
100 РГВИА. Ф. 672. Оп. 1. Д. 145. Л. 114; ГАПО. Ф. Псковского кадетского корпуса. Оп. 1. Д. 58. Л. 63-63 об.
101  ГАПО. Ф. Псковского кадетского корпуса. Оп. 1. Д. 75. Л. 55 об.
102  Там же. Л. 273.
каждом из них живой интерес к военному делу и к славе родного оружия, глубокое уважение к воинской доблести и признательную память о боевых подвигах соотчичей, искрен­нее сознание святости присяги и благородную готовность принести себя в жертву родине, усердно разделять тяготы военной службы с народом русским»103.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Опубликовано 21 Сентябрь 2010 в рубрике Обаяние мундира

Если Вам интересна эта тема - дополнительный материал Вы найдете в статьях:
  • Заключение
  • Последние годы Псковского кадетского корпуса
  • Псковский край — жемчужина России!


  • Новое на сайте:

  • Рекомендации по выбору стиральной машины автомат и продлению ее срока службы
  • Как выбрать блок-хаус?
  • В Пскове началось историческое ориентирование
  • Изучение истории Псковского края в послереволюционный период
  • Рыбное хозяйство Псковской губернии.