2. Следствием аграрного кризиса XVI века было так называемое „Смутное время». Разруха Московского государства в начале XVII века, сильно перетряхнувшая и деревню, и город, Пскова коснулась главным образом своим городским крылом (так как деревня уже была опустошена), но город, питавшийся торговлей со всей Русью, процветал. Вряд-ли в то время был другой такой богатой город на Руси, как Псков, разумеется, кроме Москвы Писцовые книги 1585—1587 г.г. (напечатанные в V томе сборника московского архива М. Ю. Москва, 1913) дают нам картину боль­шого, густо населенного и переполненного торговыми и промышленными заведениями города. Так, в нем имеются 25 мельниц, 8 варниц пива, 24 бани, денежный двор (интересно отметить, что мастер был русский), изба таможенная, соляной и льняной дворы, двор для московских купцов. Вся огромная площадь между Поганкиными Палатами и нынешним тюрем­ным зданием, Пушкинской улицей и Окольной стеной была занята Торгом. Торг представлял из себя „ряды», деревянные лавочные и кладовые по­стройки, которые составляли как-бы целый гостинный двор, разделенный по отдельным отраслям торговли. Рядов было всего 34, в них торговали всеми предметами тогдашней московской и заграничной торговли, начи­ная от икон и ювелирных изделий и кончая хлебом и овчинами. Кроме того, много лавок было расположено по улицам и переулкам, примыкаю­щим к Торгу. Торговали тогда крупные купцы, имевшие в каждом ряду по несколько лавок, торговали монастыри, церкви, монахи, попы, поме­щики, стрельцы и т. д.,—всякий люд, вплоть до мелких торговцев, имев­ших лишь скамью или ларек. Как видно из тех-же писцовых книг, псков­ская торговля приносила государству огромный доход.
Московская разруха начала XVII века и выросшие на ее почве со­циальные революции в г. Пскове отразились с чрезвычайной силой.
Но прежде чем описать события „Смутного Бремени» во Пскове, мы должны познакомиться с соотношением социальных сил во всей тогдашней Руси **).
Иван IV начал упорную борьбу с вотчинным хозяйством на Руси, которое не позволяло развиваться московскому торговому капиталу. Соз­давая опричнину, он создавал мелкое землевладение служилого дворянства. Московский купец и служилый дворянин стали важными факторами в московском государстве. Когда умер Иван VI и фактическим царем стал Борис Годунов, он должен был балансировать между тремя силами, еще довольно крепкой партией бояр-вотчинников, московскими купцами и слу­жилым сословием. Страшный голод 1602—1604 г.г. окончательно подорвал царя Бориса, так как цена на хлеб страшно поднялась, рабочие же руки страшно подешевели и крестьяне центральных областей массами стали бродяжничать. Чтобы не дать опустеть культурным землям, московское правительство организовало помощь голодающему населению, что отпугнуло от него дворян-землевладельцев, которые наживались на народном бед­ствии, но вместе с тем не в силах были прикрепить опять к земле бродя­чие банды озлобленных крестьян. Назревала возможность социальных ре­волюций.
Первую революцию сделали дворяне-землевладельцы. Недовольные Борисом за меры улучшения условий жизни голодающих крестьян, они соединились с купцами, которым тоже приходилось несладко от борисов­ского „соцобеса». Когда же на польской границе появился „Дмитрий Iй, к нему примкнула небольшая кучка московских эмигрантов, которой он обещал восстановление прав. Пограничные же казаки тоже получили от него обещание, что будут уравнены с московским военным сословием, т е. служилыми помещиками. С этой силой он и двинулся на Москву. Дворяне-землевладельцы толпами стали переходить к нему, а от московской бур­жуазии он получал средства. Но став царем, названный Дмитрий не сумел использовать положение. Он награждал землями и льготами, как слу­жилых дворян, которые его и привели в Москву, так и своих первых спод­вижников—казаков, а последних дворяне не терпели, как опасных конку­рентов. Московская буржуазия тоже к нему значительно охладела, так как, будучи в союзе с Польшей, он открывал путь на Москву польскому торговому капиталу.
И московская буржуазия, свергнув Дмитрия, посадила на престол царя Василия Шуйского. По сказанию Конрада Буссова, его посадили на престол московские купцы, сапожники и пирожники. Этого, конечно, было очень мало, но новый царь сумел привлечь к себе и боярскую партию, которую особенно напугал „дворянский царь» Дмитрий. Дворяне же всполошились. С одной стороны, они агитировали среди казаков, что Москва им готовит кровавую бойню, а с другой стороны—демагогической пропагандой поды­мали на бояр — вотчинников холопов (Болотников). Среди восставших бояр и холопов появился „Дмитрий II», так как „Тушинский вор» во главе наемников польского торгового капитала шел на Москву. Москов­скому купечеству угрожала опасность от польских конкурентов, дворян и казаков. Оно стояло крепко за своего царя и довольно успешно спра­влялось со своими многочисленными врагами. Между тем, когда «ДмитрийП» был в Тушине, в его армии выступил новый элемент: это массы обнищав­шего в конец крестьянства, разоренного своими помещиками, войной и го­лодом. Они стали производить помещичьи погромы. Польские наемники, авангард польских купцов, которые составляли единственную, надежную боевую силу в тушинском стане, смотрели на взбунтовавшихся крестьян дружелюбно: все, что создавало смуту в Московском государстве, было для них выгодно. Конечно, дворяне уже не могли сочувствовать «холопьему царику», но и не хотели порвать с поляками, оттого они пригласили на московский престол польского царевича Владислава.
С этого момента мы замкнемся опять в круг псковских событий и посмотрим, как обще-московские дела отразились во Пскове.
Псковская крупная буржуазия совершенно не была заинтересована ни Борисом, ни Дмитрием I и смотрела на них довольно скептически, весьма кратко отмечая московские события по доходящим до нее слухам. Но когда московские купцы возвели на престол Василия, то верхи псковских купцов живо почуяли в нем своего. Когда царь Василий увидел, что го­сударственная казна при Дмитрии дворянами ограблена, псковские купцы хотели его поддержать Они собрали со всего населения 1000 рублей и послали с делегацией в Москву. Делегация же была составлена из псков­ских купеческих низов, «меньших людей», враждебных верхам. В сопрово­дительной же грамоте было сказано, что деньги собраны только среди „лутших» людей, что „меньшие» царю Василию добра не желают и что особенными недоброжелателями являются посланные четыре делегата. Пар­тию купеческих верхов официально поддерживал псковский воевода Петр Шереметьев, хотя фактически он им не сочувствовал. Псковские делегаты в Москве были арестованы, им грозила смертная казнь, если бы за них не заступились псковские стрельцы, вызванные в Москву для отражения Бо­лотникова.    Когда арестованные вернулись во Псков   и   рассказали своим
друзьям про коварство «лутших» людей, псковские купеческие низы озло­бились на „лутших» людей и принесли жалобу Шереметьеву Тот посадил виновных в тюрьму, требуя с них большие взятки, „мзды великие». Теперь уже качалась настоящая революция — „и с тех мест развращение бысть велие во Псков, большим на меньших, меньшим на больших», и тако бысть к погибели всем*.


Страницы: 1 2 3 4

Опубликовано 22 Сентябрь 2010 в рубрике Хозяйство псковской губернии

Если Вам интересна эта тема - дополнительный материал Вы найдете в статьях:
  • ПСКОВСКАЯ ЗЕМЛЯ ДО ПЕТРОВСКИХ РЕФОРМ
  • ПСКОВСКИЙ ГЕРБ
  • Исторические этапы развития городов


  • Новое на сайте:

  • Рекомендации по выбору стиральной машины автомат и продлению ее срока службы
  • Как выбрать блок-хаус?
  • В Пскове началось историческое ориентирование
  • Изучение истории Псковского края в послереволюционный период
  • Рыбное хозяйство Псковской губернии.